руccкий
english
РЕГИСТРАЦИЯ
ВХОД
Баку:
13 нояб.
07:18
Помочь нам долларом - рублём ЗДЕСЬ
> подробно

Энциклопедия / Ханенде

Изменить категорию | Все статьи категории

Шушинский Сеид

12.4.1889 - 1.11.1965

Мир Мохсун ага Сеид Ибрагим оглы Шушинский родился 12 апреля 1889 года в селе Горадиз Шушинского уезда. Мальчик рано потерял отца, и заботы по его воспитанию взяла на себя его тетя - Мешади Хурзад. Образованная и прогрессивная для своего времени женщина, Хурзад обладала неплохим голосом и пела на женских свадьбах. Сеид Шушинский через всю жизнь пронес любовь и уважение к ней: "После смерти отца меня растила тетя. У нее был нежный и красивый голос. Когда тетя признала и во мне певца, она стала брать меня с собой на свадьбы. Хурзад знала все мугамы, но лучше всего исполняла "Орта Махур".

Начальное образование Сеид Шушинский получил в Горадизе в медресе, где изучал фарси и арабские языки. Но уже в те годы он любил исполнять ашугские и народные песни. Уроженец Горадиза Асад Мирзали оглы вспоминает: "Я, Сеид и Гейдар Гейдаров из села Гочахмедли учились в одном классе. Учителем у нас был Молла Гамза. Сеид серьезно занимался, у него была отличная память. Он был прекрасным товарищем. Мы часто убегали за село, и там играли на холме. Сеид взбирался на холм быстрее всех и звал нас. Его звонкий и сильный голос разносился по всем окрестностям. Сеид любил петь на этом холме и не раз, услышав его пение, к нам приезжал с отрядом известный в этих краях качаг Сулейман, подавшийся в горы от рук жестоких угнетателей, и просил Сеида петь. Сеид пел беглецам мугамы на слова Сабира. Особенно он любил петь песни на стихи "Что бы ты сделал, боже?" и на те стихи, где разоблачался Мамед-али-шах".

Шла осень 1904 года. Известный ашуг Алексан из Туга вместе со своими товарищами был приглашен в Горадиз на свадьбу. Старейшины села попросили Алексана послушать 15-летнего Сеида. В тот день Сеид пел особенно хорошо. Очарованный сильным, проникновенным голосом молодого певца, ашуг Алексан принял Сеида в свою группу. Сеид Шушинский всегда с уважением вспоминал своего первого наставника: "Впервые я спел вместе с ашугом Алексаном в селе Гочахмедли на свадьбе известного революционера Мамедхана Мамедханова. Группа Алексана состояла из восьми человек.

В этой группе был также сын Алексана - Лазарь, который и пел, и играл. Несколько лет я вместе с группой Алексана выступал в селах вдоль берега Аракса, участвуя в свадьбах и народных празднествах. Ашуг Алексан прекрасно знал народные песни и мугамы. Он очень верно пел газели, мухаммасы Вагифа, Закира. Особенно удавалось ему исполнение знаменитой "Аразбары".Закончив учебу в медресе, Сеид стал портняжничать. Одновременно он пел в религиозных церемониях и народных празднествах. В том, что Сеид стал известен как профессиональный ханенде, решающую роль сыграла музыкальная среда города Шуши. В один из летних дней 1907 года в Карягино (г.Физули) игралась свадьба некоего Бахрама, сына Мешади Гулу.

На эту свадьбу было приглашено много гостей из Карабаха, в том числе и из Шуши. Среди гостей был и Сеид вместе со своим дядей Мешади Сеид Али. Сеид вспоминал, что на той свадьбе он впервые увидел известного ханенде Кечачи Мухаммеда. Когда Кечачи кончил петь, все стали просить, чтобы спел и Сеид. Это удивило его дядю, который жил в Шуше и до этого не слышал пения своего племянника. Когда Кечачи передал Сеиду бубен, тот несколько растерялся, но знаменитый ханенде поддержал его: - Не бойся, пой!

Сопровождали его пение тарист Бахши и кеманчист Арменак Шушинский. Сеид спел "Гатары", и восхищенные слушатели наградили его бурными аплодисментами. Все поздравляли молодого певца и его дядю, который, следуя совету знатоков, решил повезти племянника в Шушу. Шуша была известна как культурный центр всего Кавказа. Только в XIX веке в этом городе - колыбели талантов - жили 95 поэтов и литераторов, 22 музыковеда, 38 ханенде, 18 архитекторов, 42 учителя, 5 астрономов, 16 врачей, 12 фармацевтов и пр. Мешади Сеид Али был прогрессивным человеком своей эпохи. В Шуше его знали как известного музыковеда. Естественно, что он лично занялся музыкальным образованием молодого певца, знакомил его со стихами Саади, Хафиза, Физули, Закира, учил петь мугамы.

Следует отметить, что в формировании молодого Сеида как ханенде решающую роль сыграл великий азербайджанский певец Джаббар Карягды оглы. Дома Мешади Сеид Али и Джаббара стояли по соседству, и Сеид часто слышал пение прославленного певца. Впоследствии Сеид вспоминал: "Джаббар и мой дядя очень дружили. Дядя часто водил меня на празднества, где выступал Джаббар. Когда я слушал его пение, я мечтал о том, чтобы когда-нибудь научиться петь, как он. Я много работал над собой, часами слушал пластинки с записями песен Джаббара".

Первое выступление Сеида Шушинского перед шушинской публикой состоялось в 1908 году. Известный певец Ислам Абдуллаев, присутствовавший на этом концерте, вспоминал: "Однажды в Летнем клубе города состоялся большой концерт. На этот концерт вместе с известными ханенде Карабаха был приглашен и я. Билеты были распроданы за неделю вперед, и сотни людей, не доставших билеты, задолго до начала концерта усеяли крыши соседних домов и небольшие холмы, окружающие Летний клуб. В 9 часов вечера начался концерт. После выступлений Джаббара, Касума, Мешали Мамеда, Гамида и Кечачи ведущий объявил, что молодой певец Сеид исполнит "Мани". Тарист Грикор только тронул струны, как по залу разнесся такой голос, что все музыканты вскочили с мест. Раздались аплодисменты. Сеида долго не отпускали, и он спел по просьбе слушателей "Баяты-Шираз". Исполняя этот мугам, он перешел из раздела "Хаверен" в "Татар", и тогда поразились не только слушатели, но и известные музыканты, ибо этот переход требовал от певца не только сильного голоса, но и мастерства, и определенной смелости. Такой уровень профессионализма в 19-летнем певце естественно поразил избалованную шушинскую публику. Из рук Джаббара выпал бубен, а Кечачи, подняв руки к небу, сказал: "Боже, что это? Что это за чудо? Слава тебе, создатель. Теперь я знаю, что святой Давуд - это правда". Сидевший рядом Гамид Малыбейли покачал головой: "Не то ты говоришь, Кечачи. Будь жив святой Давуд, и он бы поразился этому голосу".

Когда Сеид кончил петь, в зале все вскочили с мест, приветствуя молодого певца. Ведущему концерт Азадбеку Амирову долго не удавалось установить тишину. Только после того, как сидевший в зале Ханлык Мухтар сделал два выстрела в воздух, зрители успокоились. Сеид спел шикесте "Шекер оглы". Когда он закончил петь, Джаббар поднялся на сцену, обнял Сеида и, обратившись к слушателям, сказал: "Люди! Теперь если я и умру, то не печалясь, ибо есть Сеид".
После этого концерта Сеид приобрел необычайную популярность в городе, услышать его пение жаждали все. Рассказывают, что музыканты каждый день осаждали дом Мешади Сеид Али, приглашая молодого ханенде отправиться с ними на свадьбы и празднества. Но дядя был строг к молодому певцу, считая, что Сеид еще должен много учиться и работать, чтобы усвоить все тонкости восточных мугамов и на родной музыки. Именно поэтому Мешали Сеид Али отправил Сеида на учебу к Наввабу.Сеид учился в школе Навваба более двух лет, и только в 1910 году тот разрешил ему выступать на народных празднествах и музыкальных вечерах. Знаменитые музыканты того-времени считали за честь выступать вместе с ним.

Осенью 1911 года Сеид Шушинский впервые выступил вместе с известным музыкантом, таристом Мешади Джамилем Амировым. После этого выступления Мешади Джамиль увез Сеида в Гянджу. Там часто, как и в Шуше, устраивались народные празднества и музыкальные вечера, на которых выступали Малыбейли Гамид, Аскер Курбанов, Муса Шушинский, Али Джавад оглы, тарист Рзабала, кеманчист Беюк киши Алиев, известный гармонист Абуталиб Юсифов и только-только начинавший петь Бюль-Бюль.
В Гяндже Сеид Шушинский жил в гостинице "Тегеран". Там часто собирались музыканты и любители музыки, проводя время в беседах о восточной музыке. Хозяин гостиницы Бала Сеид поощрял эти собрания, и в скором времени гостиница превратилась в своеобразный музыкальный салон. Сеид стал любимым ханенде Гянджи, украшением всех празднеств города.

Вместе со своими друзьями таристом Мешади Джамилем и гармонистом Абуталибом Сеид стал известен не только в Шамхоре, Таузе и Казахе, но и в Тифлисе, куда в конце 1911 года его пригласил армянский клуб "Общественное собрание".В начале XX века в Тифлисе открывается целый ряд музыкальных школ. В городе действовали Артистическое общество, Казенный театр, Тифлисское собрание, Дворянский клуб, Общественное собрание и Народный дом. Тифлис сыграл в становлении Сеида Шушинского как профессионального певца роль не меньшую, чем Шуша. В клубах и театрах города, на празднествах и свадьбах выступали тогда такие известные музыканты, как Чекмечи Мухаммед, Меджид Бейбутов, Мешади Мамед Фарзалиев, Мешади Кафар, Марди Джанибеков, Мешади Зейнал, Бала оглы Григор Рубен Караханов.
Первое официальное выступление Сеида в Тифлисе состоялось в декабре 1911 года на сцене клуба "Общественное собрание" в сопровождении известного тариста Грикора и кеманчиста Севи. Концерт прошел с большим успехом, слушатели особенно восторженно встретили исполнение Сеидом мугама "Шур". После первого концерта слава о молодом певце разнеслась по городу.

По воспоминаниям некоторых современников, на второе выступление Сеида собралось более двух тысяч человек. Во втором концерте Сеида участвовал старейший тарист Мардинка. Восхищенный голосом и высоким профессионализмом Сеида, старейший музыкант сказал: "Я всю жизнь мечтал услышать такого певца". На концерты в Тифлисе приходили не только азербайджанцы, но и армяне, грузины, лезгины. Сообщения о выступлениях Сеида печатались в местных газетах. В газете "Хоризон", выходившей на армянском языке, часто публиковались фото и статьи о творчестве ханенде. Хозяева театров н клубов, видя успех выступлений Сеида, наперебой приглашали молодого певца петь в перерывах между действиями, что привлекало в театры еще больше зрителей.

Сеид Шушинский выступал и в Народном доме имени К.Я.Зубалова, который считался одним из крупных культурных очагов Тифлиса. Два раза в месяц в Народном доме выступала труппа азербайджанского драматического театра. Сеид выступал здесь в перерывах между действиями.В 1912 году по инициативе Джалила Мамедкулизаде (редактора журнала "Молла Насреддин"), Алимирзы Нариманова и при непосредственной помощи Сеида Шушинского в азербайджанском районе Тифлиса (Шейтан-базаре) был открыт новый клуб "Аудитория", где давались как концерты, так и театральные представления. В день открытия клуба под руководством Сеида Шушинского был дан большой концерт, в котором участвовали тифлисские сазандары. Концерт прошел с большим успехом. Сеид Шушинский спел в сопровождении тариста Мешади Зейнала мугам "Махур". Вырученные деньги он передал в фонд клуба. Следует подчеркнуть, что "Аудитория" была открыта только благодаря материальной помощи Сеида Шушинского. Сеид как меценат оказывал щедрую материальную помощь и театру, и актерам.

В работе клуба участвовали такие видные деятели азербайджанской культуры, как Гусейн Араблинский, Мирзаага Алиев, Али Курбанов, Сидги Рухулла, Ибрагим Исфаганлы, Мирзали Аббасов, Мирзахан Гулиев, Э.М.Кирманшахлы, Алия ханум, Тарлан ханум, П.Таналиди и Мустафа Марданов. Они ставили пьесы азербайджанских драматургов, отдавая, конечно, предпочтение операм и музыкальным комедиям Узеира Гаджибекова. В этих спектаклях Сеид Шушинский выступал в главных ролях, отказываясь от своей доли кассовых сборов в пользу театра.

О сценической деятельности Сеида Шушинского в Тифлисе, о его роли в развитии азербайджанской театральной и музыкальной культуры писал видный деятель сцены, народный артист Азербайджанской ССР Мустафа Марданов: "Каждый раз, когда я видел Сеида Шушинского или слушал по радио, перед моими глазами, как в кадре киноленты, проходили первые годы моей творческой деятельности, город Тифлис. Сеид Шушинский был истинным народным ханенде, он завоевал огромную славу в Тифлисе. Там я с ним и познакомился. Сначала Сеид Шушинский не выходил на сцену, он пел или до начала представления или в перерывах на авансцене. Зрители любили его. Сеид был очень привязан к театру, каждый свободный: час он использовал для того, чтобы присутствовать на репетициях. Театральные работники оказали Сеиду большую помощь в его развитии. Очень скоро он стал выступать в оперных представлениях.

На тифлисской сцене Сеид Шушинский исполнил роли Ибн Салама ("Лейли и Меджнун"), Аскера ("Аршин мал алан"), Сарвара ("Не та, так другая"). Игра Сеида была отмечена талантом и оригинальностью. Следует отметить, что Сеид за свои выступления не брал у нас денег. Наоборот, он покрывал часть расходов по представлению. Оказывал он материальную помощь и бедным студентам. Немало помогал Сеид редакциям газет и журналов. (Здесь я имею в виду помощь журналу "Молла Насреддин" и его сотрудникам.) Сеид в истинном смысле этого слова был меценатом по отношению ко многим деятелям искусства и литературы".

В 1912 году Мусульманское благотворительное общество пригласило в Тифлис видного азербайджанского актера Гусейна Араблинского. При его участии в качестве режиссера и актера азербайджанские актеры, живущие в Тифлисе, поставили множество спектаклей.

Тифлисские зрители буквально штурмовали театр, когда там шли спектакли с участием Араблинского, и восхищались образами Надир-шаха, Наджафбека и Ага Мухаммед-шаха, которые мастерски создавал этот прекрасный актер. Г.Араблинский высоко ценил как голос, так и профессиональное мастерство Сеида Шушинского. Он приглашал Сеида Шушинского выступать во время антрактов спектаклей.

Больше того, однажды в помещении Казенного театра Гусейн Араблинский организовал концерт восточной музыки с участием Сеида Шушинского, причем этот концерт отличался от восточных концертов, которые организовывал А.Ахвердов. Сеид Шушинский по совету Г.Араблинского впервые появился на азербайджанской сцене во фраке, что, конечно, удивило публику. По традиции восточные ханенде всегда пели в сопровождении тара и кяманчи. Сеид Шушинский впервые нарушил эту традицию. Он вышел на сцену без тариста и кеманчиста: ему аккомпанировала на фортепиано-дочь иранского консула, получившая музыкальное образование в Италии. Сеид спел мугам "Баяты-Исфаган". После певца на сцену вышел Гусейн Араблинский, исполнивший: монолог Гамлета "Быть или не быть". Полторы тысячи зрителей, поднявшись с кресел, восторженно приветствовали: Сеида Шушинского и Гусейна Араблинского.

Этих двух больших деятелей азербайджанской культуры объединяла большая дружба. Приезжая в Тифлис на гастроли, Гусейн Араблинский проводил большую часть времени с Сеидом, их разговорам о театральном искусстве, об особенностях восточной музыки не было конца. Их дружба продолжалась почти 10 лет. В марте 1919 года Гусейн Араблинский пал от руки убийцы - офицера мусаватистской армии. Смерть Араблинского была большим ударом по всему азербайджанскому искусству. Потрясенный гибелью друга, Сеид Шушинский направил в адрес семьи покойного следующую телеграмму: "Музыканты, ханенде и актеры Тифлиса независимо от национальности выражают глубокое соболезнование семье Гусейна Араблинского, нашего брата по искусству, безвременно павшего от руки подлого убийцы. Сеид Шушинский". Сеид Шушинский пронес через всю свою жизнь уважение и любовь к этому видному деятелю азербайджанской культуры.Поэт и журналист Аликули Гамкусар познакомил Сеида Шушинского с Джалилом Мамедкулизаде, редактором журнала "Молла Насреддин", который вел ожесточенную борьбу против религии, невежества и фанатизма. Впоследствии они стали большими друзьями. Джалил Мамедкулизаде часто приглашал Сеида и тариста Мешади Зейнала к себе домой, часами слушая его пение.

Известно, что Мирза Джалил очень любил восточную музыку, всячески пропагандировал творчество народных певцов и ашугов. Он и сам был музыкантом-любителем, играл на флейте и кяманче. Его брат Мирза Алекпер обладал неплохим голосом. Сеид, который сознавал идейное и политическое значение журнала "Молла Насреддин", оказывал Мирзе Джалилу финансовую помощь.

В 1914 году, когда в Тифлис приехал известный певец Абульгасан Хан Игбал Азер со своей группой, Сеид Шушинский выступил с концертом в Народном доме имени К.Я.Зубалова. В присутствии известных на всем Востоке мастеров мугама молодой певец полностью исполнил мугамы "Чаргях" и "Махур", требовавшие большого таланта, мастерства и сильного голоса. Абульгасан Хан высоко оценил дарование Сеида и до конца своей жизни с уважением вспоминал Сеида Шушинского, считая его вторым после Джаббара Карягды оглы ханенде на Кавказе. В 1913-1914 гг. Сеид Шушинский дважды побывал в Киеве по приглашению акционерного общества "Экстрафон". В первой поездке ему аккомпанировали при записи тарист Бала оглы Грикор и кеманчист Севи, во второй раз тарист-виртуоз Бала Медиков и кеманчист Рубен Караханов. Напетые им на пластинку мугамы ("Чаргях", "Нава", "Баяты-Исфаган", "Хумаюн", "Раст", "Махур", "Забул", "Кюрд-Шахназ", "Сегях Мирза Гусейн"), ритмические мугамы ("Мани", "Аразбары", "Мансурийе") были тепло встречены ценителями восточной музыки.

Среди исполняемых им мугамов особое место занимает "Чаргях". Вступление Сеид, в отличие от других ханенде, начинал не с основной темы, то есть с "Джовхари", а с восьмой части мугама - с "Мансурийе", и после 10-15 минут пения на высоких нотах возвращался к началу мугама. Старейший ханенде объяснял это так: "Чаргях" - очень трудный мугам. Его исполнение - серьезный экзамен для певца. Ханенде, не обладающий широким диапазоном голоса, не сможет исполнить этот мугам. Суть и красота его в "Мансурийе". Поэтому, если на большом концерте начать "Чаргях" со вступления, можно утомить слушателя. Чтобы покорить публику, следует начать с "Мансурийе". Без этой части "Чаргях" напоминает землю, не согретую солнцем".

К слову сказать, Сеид Шушинский с блеском исполнял "Мансурийе" даже в возрасте 75 лет. Об этом свидетельствуют записи, сделанные им на азербайджанском радио в 1963 году. В таком преклонном возрасте петь "Мансурийе"-мог только Джаббар Карягды оглы. Опыт показывает, что некоторые наши певцы, обладающие голосовым диапазоном, близким к трем октавам, не могли так мастерски, как Джаббар Карягды оглы и Сеид Шушинский, исполнить "Мансурийе".В начале 1916 года Сеид Шушинский вместе с таристом Мешади Зейналом и писателем Аликули Гамкусаром приехал в Баку для постановки пьесы Джалила Мамедкулизаде-"Мертвецы". О приезде Сеида сообщали газеты, на улицах были расклеены афиши с приветствием: "Добро пожаловать, в Баку, Сеид!" Певец выступал в Баку не только в перерывах спектаклей, но и давал отдельные концерты. Заслуженный артист Азербайджанской ССР, ныне покойный Джалилбек Багдадбеков так описал впечатления об одном из этих концертов:
"Впервые в Баку я услышал пение Сеида Шушинского в Тагиевском театре. В то время в театре нередко хулиганили и вносили смуту кочи. Когда Сеид готовился к концерту, зрители, не знающие его, подняли шум. Но только Сеид спел :первую строку стихов "Гатара", в зале наступила невиданная доселе тишина. Сеид обладал столь редким мелодичным голосом, пленяющим зрителей уже с первой секунды, что смог покорить публику, заставить внимательно слушать себя. В перерыве зрители обменивались мнениями: "Ну и ну! Быть таким молодым и петь так мастерски".

Как мы отмечали, Сеид Шушинский был не только ханенде. Талантливый мастер сцены, он в 1916-1919 гг. успешно выступал в оперных представлениях в Баку, Шуше, "Тифлисе, Владикавказе, Батуми, Махачкале и Дербенте. Долгие годы Сеид сотрудничал с известным таристом Балой оглы Грикором и кеманчистом Севи. Созданное ими трио было прекрасно сыгранным ансамблем, слава о котором разнеслась далеко за пределами Азербайджана.
В различные годы Сеид Шушинский выступал вместе с таристами Мешади Зейналом, Шириной Ахундовым, Курбаном Примовым, с известными кеманчистами - Левоном Карахановым, Сашей Оганезашвили и Рубеном Карахановым.

Сразу после установления Советской власти в Азербайджане бакинские большевики направили на фабрики, заводы и промыслы, в рабочие поселки и села агитбригады, в состав которых входили видные театральные и музыкальные деятели. Своим искусством они служили делу революции, делу народа. Сеид Шушинский не был членом большевистской партии. Но он сблизился с великим сыном азербайджанского народа Нариманом Наримановым и его соратниками - Агамалы оглы, Алигейдаром Караевым, Дадашем Бунятзаде и Гамидом Султановым, оказывал им действенную помощь. К революционно-пропагандистской работе Сеида Шушинского привлек его старый друг Алигейдар Караев. Уже на закате своих дней Сеид вспоминал, что познакомил его с Караевым поэт Аббас Сиххат. Это случилось в 1911 году в Шемахе. Впоследствии Сеид встретился с Караевым в тринадцатом году в Тифлисе в редакции журнала "Молла Насреддин". В то время Алигейдар Караев учился в Черкасском университете и вел работу большевика-подпольщика.

Приезжая в Тифлис, Алигейдар Караев останавливался в доме Сеида Шушинского. В начале 1919 г., когда борьба против сил контрреволюции в Баку особенно ожесточилась, Сеид Шушинский получил телеграмму от Алигейдара Караева, в которой содержалась просьба немедленно приехать в Баку. В феврале 1919 года Сеид Шушинский выехал в Баку. Большевики организовывали концерты-митинги в рабочих клубах, на фабрике Г.3.Тагиева, на которых выступали известные большевики А.Караев, Р.Ахундов, Г.Алиев, М.Мусеви, А.Юзбашиев. В заключение Сеид Шушинский исполнял революционные песни. Газеты заранее сообщали о таких концертах-митингах. Например, в одном из номеров газеты "Азербайджан фугарасы" ("Азербайджанская беднота") сообщалось: "23 января в зале Центрального рабочего клуба состоится концерт-митинг. На концерте-митинге будут участвовать Сарабский, Сеид Шушинский, Рухулла Ахундов, Бунятзаде и другие".Сеид Шушинский участвовал и в тайных сходках большевиков. Когда стоящие в дозоре сообщали о приближении полиции, он брал в руки бубен и начинал петь. В печати того времени часто освещалась творческая деятельность Сеида Шушинского. Газета "Азербайджан" в своем номере от 12 июля 1919г. писала: "Три дня тому назад в Государственном театре состоялся восточный концерт знаменитого певца восточных мелодий - известного по всему Кавказу Сеида Шушинского. Несмотря на жару и духоту в зале театра, концерт привлек массу публики, которая с огромным и чутким вниманием следила за каждым мотивом певца и наградила его долго несмолкаемыми аплодисментами. За последние годы в голосе Шушинского заметна большая перемена к лучшему".

Сеид Шушинский не любил петь на свадьбах богачей, он предпочитал выступления в общественных местах перед широкими народными массами. Он принимал активное участие в восточных концертах и в театральных представлениях вместе с видными представителями азербайджанской национальной культуры, такими, как Джаббар Карягды оглы, Кечачи Мухаммед, Шекили Алескер, Ислам Абдуллаев. Мешади Зейнал, Аббас Мирза Шарифзаде, Галжага Аббасов, Сидги Рухулла, Г.Сарабский и др. Знаменитый ханенде выступил также в концерте-представлении, организованном в Маиловском театре азербайджанским актером Аббасом Мирзой Шарифзаде. Как и всегда, мугамы и народные песни, исполненные Сеидом Шушинским, были восторженно приняты слушателями.

Сеид Шушинский участвовал также в благотворительных мероприятиях, давал множество концертов в пользу бедных студентов и голодающих крестьян. Например, 9 апреля 1920 года студенческий комитет в Баку провел вечер в здании Государственного театра. Вся выручка от этого концерта шла в пользу голодающих крестьян Карабаха. Сеид Шушинский выступил в роли ашуга Гариба, а также спел мугам. Собранные деньги пошли в фонд помощи крестьянам.
Сеид Шушинский был одним из активных организаторов агитпоезда, созданного при комиссариате просвещения Азербайджанской ССР. Агитпоезд имел радиоузел, типографию, киноустановку, библиотеку-читальню и пр. К этому делу были привлечены самые крупные деятели азербайджанской культуры и искусства того времени. На агитпоезде Сеид Шушинский объехал целый ряд районов Азербайджана. Познакомиться с творчеством этого великолепного мастера получили возможность самые широкие массы трудящихся.

После революции великий певец отдавал много сил пропаганде классической азербайджанской музыки и народных песен среди народов других республик. С этой целью он в 1921 -1922 гг. вместе с певцом Кечачи Мухаммедом и кеманчистом Левоном Карахановым, при участии большой группы армянских, грузинских и азербайджанских музыкантов, побывал в целом ряде городов Кавказа. Программы его концертов были разнообразны. Сеид пел не только азербайджанские мугамы и песни, но и песни других народов Закавказья - армян, грузин, лезгин.

С 1924 по 1926 год Сеид Шушинский был артистом Азербайджанского академического Государственного драматического театра. По инициативе основоположника азербайджанской школы композиции Узеира Гаджибекова в конце 1926 года он был приглашен на работу в Азербайджанскую государственную консерваторию. Вместе с известными певцами Джаббаром Карягды оглы и Кечачи Мухаммедом Сеид преподавал в только что открытом классе ханенде. Вместе с Узеиром Гаджибековым, Джаббаром Карягды оглы, Муслимом Магомаевым, Микаилом Мушфигом и другими видными деятелями азербайджанской культуры Сеид Шушинский вел ожесточенную борьбу с теми, кто считал мугамную музыку примитивной, а тар - отжившим музыкальным инструментом.Работая в консерватории (1926-1933) и занимаясь воспитанием молодых певцов, Сеид в тоже время принимал самое деятельное участие в музыкальной жизни республики. Он часто выступал в концертах европейской и восточной музыки.

Первый из таких концертов состоялся 22 декабря 1927 года в здании Дворца культуры (ныне Академия наук Азербайджана). В концерте приняли участие Вейс-Нино, Сона ханум, Жихарев, Г.Гаджибабабеков, Аркаша Аркадьев, А.Анатоллу, Орлова, Соболевская, Ефимова, Андреасов, тарист Симон Тифлисский, ханенде Кафар и, конечно, Сеид Шушинский. Этот концерт был тепло принят музыкальной общественностью и слушателями.

В 1933 году, когда был организован Ансамбль восточной музыки, Сеид Шушинский вместе с Джахан Талышинской, Нахичеванским, таристом Симоном Каспаровым, кеманчистом Арменаком Шушинским и пианистом Гуревичем вошел в состав этого ансамбля, который летом совершил гастрольную поездку по городам Советского Союза, побывал в Москве, Ленинграде, Харькове, в Казахской ССР и дал десятки концертов. Всюду слушатели с большим интересом встречали азербайджанских музыкантов.

После успешных гастролей Сеид Шушинский, вернувшись в Баку, получил приглашение в первый восточный оркестр, играющий по нотам и созданный Комитетом по радиовещанию. Организатором этого оркестра был Узеир Гаджибеков, привлекший в свой коллектив лучших музыкантов и ханенде республики. Этот оркестр сыграл важную роль в развитии азербайджанской национальной музыкальной культуры, что отмечала и пресса того времени: "Перевод на ноты восточных песен и принцип игры восточного оркестра по нотам - верная дорога. Эта дорога истинного развития нашей музыкальной культуры".

Первый концерт этого оркестра с участием Сеида Шушинского состоялся 4 августа 1933 года в здании Азербайджанской государственной консерватории. Кроме него, в концерте выступили специально приглашенный из Карабаха известный народный ханенде Афетли Акпер, Джахан Талышинская, Бикя Самедзаде и др. В периодической печати тех дней дается высокая оценка игре оркестра и исполнительскому мастерству певцов.В 1933-1938 гг. Сеид Шушинский работал художественным руководителем Государственного драматического театра в Физулинском районе. Его заслуги в деле привлечения в театр талантливых актеров, в повышении идейно-художественного уровня молодых актеров неоценимы. Однако и в годы работы в Физули Сеид Шушинский неоднократно приезжал в Баку с концертами.

Его имя можно встретить в газетных объявлениях и афишах тех лет. Сеид Шушинский выступал в Баку вместе со своими друзьями Джаббаром Карягды оглы, Зульфи Адыгезаловым, Явером Калантарли, Зульфугаром Сарыевым и др. Часто выступая перед хлопкоробами Мильской и Муганьской степей, перед нефтяниками Баку, Сеид никогда не забывал родную Шушу. Каждый год летом он вместе с своим ансамблем приезжал на родину, принимая деятельное участие в культурных мероприятиях города, устраивал театральные представления и вечера мугамов. Летом 1936 года в Шуше открылся Дом творчества Союза писателей Азербайджана. В этой связи 19 августа по инициативе местных организаций и писателей был проведен большой литературно-художественный вечер, который открыл видный литературовед, профессор Гамид Араслы. После доклада с чтением своих произведений выступили писатели Сулейман Рустам, Мамед Рагим, Джафар Хандан, Авез Садык.

В художественной части вечера, посвященной классической азербайджанской литературе (Физули, Ширвани, Набати, Натаван), выступили известный ханенде Хан Шушинский, гармонист Лятиф Алиев, ханенде Мехрали оглы Багадур, известный гармонист Абуталиб Юсифов и другие мастера. Сеид Шушинский, мастерски использовав газели Физули и Ширвани, в сопровождении тариста Иси Алиева и кеманчиста Расима Ширинова, как всегда, высоко профессионально спел мугам "Чаргях".
В 1939-1960 гг. Сеид Шушинский работал солистом радио и Азербайджанской государственной филармонии, а в последние годы своей жизни был консультантом мугамных опер в театре оперы и балета имени М.Ф.Ахундова.

Кроме того, Сеид Шушинский с 1943 года до конца своей жизни работал преподавателем мугамата в Азербайджанском государственном музыкальном училище им. Асафа Зейналлы. Все свои силы он отдавал делу воспитания новых музыкальных кадров, в особенности молодых ханенде. Известные ныне ханенде старшего и среднего поколений Хан Шушинский, Агигат Рзаева, Абульфат Алиев, Рубаба Мурадова, Ислам Рзаев, Ягуб Мамедов и многие другие являются воспитанниками Сеида Шушинского.
Учитывая огромные заслуги Сеида Шушинского в деле развития азербайджанской национальной культуры, правительство наградило его орденом "Знак Почета" и медалями, ему было присвоено звание народного артиста Азербайджанской ССР, он был удостоен почетного звания заслуженного учителя республики. Великий певец скончался 1 ноября 1965 года.

В лице Сеида Шушинского азербайджанский народ потерял одного из самых талантливых представителей национального вокального искусства, последнего классического ханенде.Газета "Коммунист" в некрологе в связи с кончиной певца писала: "Скончался Сеид Шушинский - старейший ханенде, заботливый учитель, необычайно скромный человек. 60 лет своей жизни он посвятил развитию азербайджанской национальной культуры, заслужив своим прекрасным голосом звание любимейшего певца народа,

завоевав славу во всем Ближнем Среднем Востоке".

Сеид Шушинский был художником, глубоко знавшим все тонкости классических мугамов. В одном из своих выступлений композитор народный артист СССР Фикрет Амиров так определил место великого ханенде в истории нашей национальной культуры: "В музыкальной истории нашего народа есть такие мастера, имена которых мы произносим с чувством гордости и восхищения. Разве можно забыть основоположника азербайджанской профессиональной музыки Узеира Гаджибекова, самого крупного представителя нашего вокального искусства Джаббара, веселого соловья, цветника нашей жизни Бюль-Бюля?! Конечно, нет! Вместе с этими прославленными и незабываемыми художниками, в одном ряду с ними мы называем имя нашего старейшего ханенде и уважаемого учителя всех нас Сеида Шушинского.
Честно говоря, мне трудно говорить о Сеиде Шушинском, ибо нелегко найти достойные слова для этой редкой жемчужины из сокровищницы нашей культуры. Но могу сказать, что нет такой области нашей классической музыки, в развитии которой не ощущалась заслуга Сеида.

Если говорить образно, то Джаббар был мозгом народной музыки, а Сеид - ее трепетным сердцем.
Я с гордостью заявляю, что при создании симфонических мугамов "Шур" и "Кюрд-овшары" я-ощущал большую помощь Сеида Шушинского. Глубоко зная восточную музыку, Сеид вместе с тем был заботливым учителем и прекрасным человеком. Сеид счастливый садовник. Его талантливые ученики в настоящее время своими изумительными голосами восхищают нас на сцене оперного театра и филармонии.

Наследие Сеида Шушинского - это огромная школа. Современные ханенде и композиторы могут многому научиться у него. То, что он в 1963 году в возрасте 74 лет спел мугамы "Хейраты", "Мани" и "Аразбары", подтверждают известные слова уважаемого профессора Бюль-Бюля: "Старые ханенде- словно родники, они неисчерпаемы". На мой взгляд, настало время создать научные монографии и книги о нашем певце Сеиде. Жизнь Сеида - одна из ярких страниц азербайджанской музыкальной культуры".
Сеид Шушинский вошел в историю азербайджанской музыкальной культуры как истинно народный ханенде. В течение 60 лет творческой деятельности он вел постоянные поиски, открывая для себя новое в классическом наследии. Искусство Сеида Шушинского стоит на одном уровне с самыми прекрасными образцами мировой вокальной культуры. В репертуаре восточной музыки трудно найти такой мугам, который не исполнял бы Сеид Шушинский. Больше того, его талант блистал своими гранями при исполнении особенно трудных мугамов. В исполнение каждого мугама Сеид вносил свою творческую индивидуальность. Он думал сам и заставлял думать слушателей.

Исполнение им мугама "Чаргях" может считаться венцом его творчества. Можем смело сказать, что нет до сих пор ни одного ханенде, который мог бы соперничать с Сеидом в исполнении этого мугама.
И до него мугам "Чаргях" исполняли известные ханенде Бюльбюльджан, Алескер и Джаббар Карягды оглы. Однако они прославились исполнением различных частей этого мугама, и только Сеид Шушинский пел этот мугам полностью. Вот как передает свои впечатления от исполнения Сеидом мугама "Чаргях" летом 1919 г. Хан Шушинский: "Тарист Мешали Джамиль тронул струны, и Сеид приступил к "Чаргяху", начав с "Мансурийе". Так он пел минут 15 и медленно вернулся к основной теме. Я смело могу сказать, что это было мастерство, которому не было равного в искусстве ханенде. Сеид пел "Чаргях" более двух часов. И только тогда я понял, что такое настоящее искусство и что значит быть настоящим певцом".

Сеид Шушинский был художником-новатором. Он добавил в некоторые мугамы новые части, новые музыкальные эпизоды. Именно Сеид впервые представил слушателям часть "Дильгеш" к мугамам "Раст" и "Кюрд-Шахназ". Иногда он объединял несколько мугамов. Примером могут служить "Раст-Хумаюн", "Гатар-Баяты", "Шур-Шахназ". Кроме того, Сеид Шушинский развил найденный Джаббаром Карягды оглы путь модуляции - перехода из одного мугама в другой. Известно, что это требует от ханенде большого мастерства и недюжинного таланта. А Сеид Шушинский умел совершить переход от неритмичного мугама к ритмичному так, что слушатель и не замечал этого перехода. Один из видных музыкантов Левой Караханов передал автору этих строк ценные материалы и документы об азербайджанской народной музыке и ее видных представителях. Летом прошлого года я встретился с ним в Тбилиси. Мы гуляли с ним в саду "Муштехид". Старейший музыкант, бродя по аллеям этого зеленого сада, рассказывал о музыкальных вечерах, которые в свое время происходили здесь. "Этот сад, - вспоминал он, - иногда называли садом музыкантов. Кого только он не видел? В этом саду более десяти лет выступали Саттар и Мелик Агамал, здесь звучали прекрасные: голоса Гаджи Гуси и Бюльбюльджана; тар Садыхджана заставлял умолкать соловьев".

Левой Караханов еще долго вспоминал о прошлом. "Последним соловьем этого сада был любимец тифлисской публики мой старый друг Сеид. Я почти 70 лет живу в Тифлисе. За это время я слышал многих певцов, приезжавших в Тифлис, некоторым из них аккомпанировал на кеманче. Но, как слушатель и музыкант, могу смело утверждать, что после Бюльбюльджана второго истинного певца Тифлис нашел в лице Сеида. У меня нет способности анализировать творчество Сеида. Я аккомпанировал Сеиду в его выступлениях в Тифлисе, Баку, Гяндже и Шуше. Я играл ему и в этом саду. Я не верю, что найдется еще один певец, который смог бы исполнить "Чаргях" так, как исполнял этот мугам Сеид. Вот поэтому я и говорю, что этот сад потерял своего соловья".

Сеид Шушинский - великий певец, значение творчества которого с каждым годом растет, как постоянно растет любовь к нему. Несомненно, будущие поколения будут с уважением и гордостью называть его имя в одном ряду с самыми крупными деятелями азербайджанской культуры.
 
Сайт: http://www.ksam.org/forum/index.php?s=5ea09daab041c1cec4e3392080dcb98d&showtopic=20&pid=209500&st=80&#entry209500